Finversia-TV
×

Сергей Эрлик: «Когда нет борьбы за деньги и клиентов, говорить о конкуренции не приходится» A A= A+

Первый вице-президент Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов, председатель Комитета по наградам Совета финансового рынка, доктор философских наук Сергей Эрлик рассказал в интервью журналу «Юрист спешит на помощь», почему рынок негосударственных пенсионных фондов находится в стагнации, что нужно сделать для совершенствования пенсионной системы, как введении ESG-лимитов отразится на будущих пенсиях и зачем финансовому рынку понадобилось создание собственной наградной системы.

– Как вы оцениваете нынешнее состояние рынка негосударственных пенсионных фондов (НПФ) в России? Каковы перспективы его развития?

– В будущем году негосударственное пенсионное обеспечение отметит свое 30-летие. Развитие рынка НПФ все эти годы проходило в непростых условиях, связанных с финансовыми кризисами, перманентным реформированием нормативно-правовой базы, сменой парадигмы. В течение последнего десятилетия количество НПФ уменьшилось в пять раз. Даже банковский сектор, который Центральный банк настойчиво реформирует, не переживал таких потрясений. Снижение количества НПФ происходило за счет слияний и поглощений, отказа ряда НПФ от продолжения деятельности, в связи с возросшими требованиями к капиталу, уровню цифровизации, лишения лицензий из-за выявленных нарушений. На сегодняшний день в России работают чуть более 40 НПФ. Это достаточно крупные финансовые организации, с серьезным запасом финансовой устойчивости.

Что касается перспектив развития НПФ, то, с одной стороны, они в значительной мере будут зависеть от вектора, который определит государство в ближайшее время, с другой – НПФ часть финансовой системы страны и их развитие не может происходить вне контекста общего развития.

– Какие проблемы вы видите на пути его дальнейшего развития? Какие меры необходимо предпринять для их разрешения? Какие из них уже готовятся?

– Если вести речь о проблемах, которые есть или могут возникнуть в ближайшие годы, то, во-первых, это отсутствие источника для развития. Я имею в виду продолжающуюся многолетнюю заморозку накопительной части трудовой пенсии. Во-вторых, это низкая маржинальность бизнеса. Несмотря на то, что НПФ не так давно сменили свой юридический статус и стали коммерческими структурами, привлекательность данного вида бизнеса остается низкой. За последние 10 лет в России не зарегистрировано ни одного нового НПФ. В-третьих, зарегулированность отрасли. Продолжающиеся новации в требованиях по цифровизации, совершенствованию документооборота и отчетности, стресс-тестированию увеличивают расходы бизнеса, при этом саморегулирование со стороны профессиональной ассоциации остается декларативным. В-четвертых, в последние годы в сфере негосударственного пенсионного обеспечения растет государственная составляющая. Количество НПФ, где собственником опосредованно является государство – увеличивается. Риск перехода накопленных НПФ за время своего существования 4 трлн. рублей в государственный карман возрастает.

Что касается мер, которые помогли бы вывести развитие НПФ на устойчивую траекторию, то они вытекают из описанных проблем. В настоящее время вместо накопительного элемента системы обязательного пенсионного страхования (ОПС) разрабатывается система Гарантированного пенсионного плана (ГПП). Однако в самой идее ГПП заложена проблема, которая заключается в изменении источника формирования пенсионных накоплений. Если в существующей системе ОПС источником является работодатель, уплачивающий страховые взносы, то в системе ГПП источником становится сам работник и его заработная плата. При этом участие в новой системе будет носить добровольный характер. Лишь немногие работники, как показывают опросы, готовы расставаться с частью своей зарплаты. Поэтому мы обращаемся к нашим органам законодательной и исполнительной власти с предложением сделать программу ГПП трехсторонней. Формировать пенсионный капитал в пользу работника должны: сам работник – как заинтересованная сторона; работодатель – как субъект, получающий прибыль от труда работника; государство – как получатель социального налога, отказавшийся от перечисления 6% на накопительную часть будущей пенсии работника и при этом не снизивший налоговую нагрузку на работодателя.

Однако при всех стараниях совершенствовать пенсионную системы, мы добьемся реального результата тогда, когда уровень оплаты труда будет высоким, позволяющим производить отчисления от зарплаты на будущую пенсию.

– Есть мнение, что рынок НПФ переживает стагнацию и поэтому необходима перезагрузка. Согласны ли вы с этим?

– Безусловно, согласен. Система негосударственного пенсионного обеспечения (НПО) вошла в период застоя после внедрения накопительной системы в рамках обязательного пенсионного страхования (ОПС). Работодатель перенес акцент на накопления работника в системе ОПС, в значительной мере потеряв интерес к развитию НПО. Этому способствовала существовавшая система налогообложения. После заморозки накопительного элемента в ОПС, стагнация охватила и эту сферу деятельности НПФ. Перезагрузка не только нужна, но и жизненно необходима.

– Насколько сильной можно считать конкуренцию на рынке?

– В настоящее время конкуренция на рынке НПФ практически отсутствует. Этому способствуют два обстоятельства: первое – отсутствие поступлений денежных средств в накопительной системе ОПС и как следствие отсутствие борьбы за деньги; второе – усложнение процесса перехода клиентов от одного страховщика к другому, практически свели на нет миграцию клиентов из одного НПФ в другой, и следствием здесь стало отсутствие борьбы за клиента. А когда нет борьбы за деньги и за клиентов, о конкуренции говорить не приходится.

– Как вы относитесь к предложению Банка России дать возможность открывать инвестиционные счета в НПФ? К чему это может привести?

– Дело ведь не в названии, а в сути. Все пенсионные счета по своей сути всегда были и остаются инвестиционными: средства инвестируются, доход распределяется. Если вы имеете в виду продвигаемый ныне проект ИИС-3, то это скорее интерес управляющих компаний, чем негосударственных пенсионных фондов. Понимая риск от появившейся у НПФ возможности самостоятельно управлять пенсионными средствами, рынок управляющих и предложил такую «новацию».

– В рамках развития в России «устойчивого финансирования» Банк России и Минфин прорабатывают вопрос о введении ESG-лимитов для НПФ. Может ли это отразиться на интересах будущих пенсионеров? Как?

– Вопросы экологии и социальной составляющей бизнеса безусловно важны. Однако сегодняшние дискуссии на эту тему, на мой взгляд, носят скорее популистский характер, отдают дань моде. Установление регулятором лимитов ESG, надеюсь, существенно не повлияет на доходность и как следствие не отразится на будущих пенсиях. У отрасли есть лимиты на все классы ценных бумаг, в которые вкладываются НПФ, то есть ничего нового и существенного от программы «устойчивого финансирования» мы не ожидаем.

– Насколько быстрой, с вашей точки зрения, будет адаптация российских пенсионных фондов к стандартам ESG?

– Я уже сказал, что НПФ уже сегодня готовы принять установленные ESG-лимиты и в стандартном режиме продолжать свою деятельность.

– На днях Татьяна Голикова сообщила, что в 2022 году средний размер страховой пенсии по старости увеличится до 18,5 тыс.рублей, а в 2024 году дойдет до 20,4 тыс.рублей. Но понятно, что ни 18, ни 20 тыс. не обеспечат достойный уровень жизни в старости. К каким альтернативным способам граждане могут обращаться, чтобы увеличить свою пенсию?

– Согласен, что эти суммы не позволят пенсионеру в должной мере удовлетворять свои первичные потребности. Кроме того, всякое повышение пенсий раскручивает инфляцию, сводя на нет такие повышения. Повышение уровня пенсий – благо для граждан, но при этом – неизбежное повышение нагрузки на государственный бюджет. Я всегда считал, что государство должно постепенно снижать свою пенсионную нагрузку, через стимулирование пенсионных накоплений, с тем, чтобы в недалеком будущем приблизится к состоянию, когда большая часть пенсии выплачивается с индивидуального пенсионного счета, а не из котла собеса (Социальное обеспечение. – «Юрист спешит на помощь»).

Сегодня у населения есть много способов подготовки к старости, к сожалению ни один из них не исключает существенных рисков, с которыми человек может столкнуться в нетрудоспособном возрасте. Кто-то приобретает недвижимость, кто-то вкладывает средства в детей (если они есть), кто-то использует финансовые инструменты: банковские депозиты, инвестиционные счета, страхование. Но все же, в стране, к счастью есть институты, которые профессионально для этого предназначены – негосударственные пенсионные фонды. Они могут обеспечить достойную пенсию человеку, но в том случае, когда процесс накопления средств занимает всю трудовую деятельность. Говоря другими словами, откладывать на будущую пенсию нужно с первого трудового дня.

– Что, по вашему мнению, не позволяет гражданам заранее заботится о дополнительном доходе? Что можно сделать, чтобы исправить ситуацию?

– Я уже сказал, что главное препятствие в накоплении и будущем получении дополнительной пенсии – отсутствие должного уровня заработной платы. Кроме того, я убежден, что в условиях отсутствия у наших граждан практики пенсионных накоплений, отчисления на пенсию должны носить обязательный характер, устанавливая минимум для отчисления и не ограничивая верхний предел, при наличии возможности. Для того, чтобы такая система реально заработала необходимо освободить от налога платежи в НПФ и пенсионные выплаты.

– В середине сентября Борис Титов заявил, что российские пенсионеры способны решить проблему нехватки иностранной рабочей силы. Насколько действенным может оказаться это предложение в действительности?

– Это очень вряд ли. У нас в последнее время и так 70% граждан достигших пенсионного возраста продолжают работать. Происходит это, как вы понимаете, не столько от любви к профессии, сколько от невозможности достойной жизни на пенсии. Это первое обстоятельство моего сомнения. Второе. Наверное, после 60 лет у человека, работающего в офисе, есть силы и возможности продолжения трудовой деятельности, но те, кто работают в цехах заводов и фабрик, на стройках, железной дороге, в сельском хозяйстве к этому возрасту исчерпывают свои силы для продолжения работы. При этом мы знаем, что иностранные наемные работники у нас заняты неквалифицированным физическим трудом. Заместить их пенсионерами невозможно.

– Недавно, при Совете финансового рынка начал работать Комитет по наградам. Что послужило поводом к его созданию? Какие задачи он собирается решить?

– Начну с того, что в состав Комитета по наградам вошли представители разных отраслей финансового рынка. Уже проведено 5 заседаний Комитета. Создание Комитета по наградам в Совете финансового рынка было вызвано тем обстоятельством, что государство не распространяет свою наградную систему для поощрения работников на тех, кто работает в бизнесе, а сам бизнес не создал за три десятка лет собственной наградной системы. При этом на финансовом рынке работает более 100 тысяч сотрудников, тысячи организаций, которые обслуживают около 100 миллионов граждан. В подавляющем большинстве это высокопрофессиональные, добросовестные граждане и благодарить их за труд мы должны. Мы решили исправить эту ситуацию. Более того, мы бы хотели, чтобы государство также отреагировало на нашу инициативу.

– Каковы результаты его текущей деятельности и планы до конца текущего года?

– За короткое время Совет финансового рынка утвердил ряд Положений о наградах: О Почетной грамоте; О Почетном дипломе; О Знаке отличия «Отличник финансового рынка»; О Почетном звании «Заслуженный специалист финансового рынка». К профессиональному празднику Дню финансиста награды получили свыше 150 специалистов и 7 организаций. В настоящее время идет работа над Положениями о медали «За вклад в развитие финансового рынка» и Книге почета. Начаты переговоры с представителями власти о возможностях награждения наших работников ведомственными наградами Банка России, министерств РФ.

  • Мария Савина
  • Юрист спешит на помощь

Фотоотчеты