Finversia-TV
×

Аудиту нужен аудит A A= A+

В сфере аудита, призванного давать оценку достоверности финансовой отчётности экономических субъектов, тоже накопилось немало проблем. Отрасли требуется перезагрузка — это понимают и члены профессионального сообщества, и регулятор, и законодатели. Последний год богат на различные инициативы.

Оценить предлагаемые новации, а также состояние отрасли в целом мы попросили президента Центрального совета СРО «Аудиторская палата России» Александра ТУРБАНОВА.

 

БДМ: Распространённая, даже типичная ситуация: после отзыва лицензии у банка выясняется, что у него отрицательный капитал. При этом самое свежее по времени аудиторское заключение подтверждает полный ажур. Как это понимать? Куда смотрели аудиторы? Пример из банковской сферы взят потому, что такие случаи — у всех на слуху, затрагивают интересы слишком многих граждан. И заставляют предположить, что в менее публичных секторах экономики адекватность аудиторских заключений столь же небезупречна. Александр Владимирович, как вы оцениваете качество современного российского аудита?

Думаю, что ничего оригинального не скажу: качество аудита оставляет желать лучшего. Применительно к банковской сфере я с этим сталкивался во время работы в АСВ. Мы часто видели такую картину: у банка отозвана лицензия, капитал отрицательный, а аудиторское заключение, сделанное за несколько месяцев до того, бодро свидетельствует о том, что у банка всё в порядке.

В цифрах снижение качества аудита подтверждает такой показатель, как рост числа немодифицированных заключений (заключений без замечаний. — БДМ): по обязательному аудиту их доля за период 2008–2014 годов выросла с 54,9 до 76,5%. Растёт и число нареканий к аудиторским компаниям при осуществлении мероприятий внешнего контроля качества аудита: по данным Минфина, из 293 мероприятий ВКК, проведённых Росфиннадзором, в 247 случаях были сформулированы требования о принятии мер по исправлению нарушений. А ведь были ещё и проверки самих СРО аудиторов.

 

БДМ: Почему, на ваш взгляд, столько халтуры?

Тут действуют и объективные и субъективные факторы. Главный из объективных — сокращение потребности в проведении аудита и сжатие рынка аудиторских услуг. Из-за сложной экономической ситуации снижается количество пользователей аудиторских услуг. Наиболее сильно сократился рынок инициативного аудита, который предприятия «затевают» по доброй воле, дабы выяснить, всё ли у них в порядке и где слабые места, а наведя полный порядок — апеллировать для привлечения новых партнёров и инвесторов к аудиторскому заключению, подтверждающему их добросовестность и достоверность финансовой отчётности. В части обязательного аудита предприятия также стараются минимизировать свои издержки, иногда и вовсе уклоняясь от проведения аудита: штраф за такое нарушение, предусмотренный административным законодательством, минимальный, причём никаких механизмов контроля над тем, состоялась ли проверка, не существует.

В результате такой «экономии» со стороны потенциальных клиентов сужается рынок, и за период с 2012-го до начала 2015 года количество аудиторских организаций сократилось с 6,2 до 5,3 тысячи (14,5%), а аудиторов — с 26,8 до 21 тысячи человек (17,2%). Сократились номинальные объёмы доходов от аудита, приходящихся на 1 миллион выручки клиентов, — на 11,1% за четыре года. Соответственно, сокращаются доходы от проведения аудита из расчёта на одного сотрудника практически по всем группам аудиторских компаний (исключение составляют только московские компании, без учёта «большой четвёрки»). Как следствие, при таком сужении поля деятельности аудиторы боятся потерять клиентов и в своих заключениях отражают картину несколько лучшую, чем она есть на самом деле. Рост числа немодифицированных заключений скорее всего свидетельствует и о стремлении аудиторских организаций и аудиторов к удержанию клиентов и минимизации своих расходов.

А печальным субъективным фактором является падение квалификации самих аудиторов, которые начинают привыкать (а некоторые давно привыкли) к возможности откровенно халтурить и не нести за это никакой ответственности, вступая в полное противоречие с Кодексом этики аудитора. Мероприятия ВКК работы аудиторов показывают большое количество нарушений правил проведения аудита и норм аудиторской этики. Отдельные аудиторы вступают в откровенный сговор с клиентами, а некоторые компании предлагают заведомо демпинговые цены, которые не позволяют провести комплекс необходимых аудиторских процедур. Они выигрывают проводимые конкурсы, а в результате общество получает недостоверное аудиторское заключение о состоянии финансовой отчётности. Происходит разрушение профессиональных ценностей аудиторов. Причём как проигравших, так и выигравших.

Крайне негативным следствием такой конфигурации стала дискредитация самой профессии аудитора в обществе. Способные и перспективные выпускники вузов больше не хотят осваивать эту социально значимую, но сложную профессию, а социальный статус работающих аудиторов-профессионалов и уважение к их профессии неуклонно снижаются.

 

БДМ: Классическим механизмом повышения качества услуг на том или ином рынке считается наличие конкуренции. Какова конкурентная среда в сфере аудиторских услуг?

Уровень конкуренции достаточно высокий. Но и сегментация рынка аудиторских компаний носит радикальный характер. На 1 июня 2015 года действовали 4496 аудиторских организации. Но по результатам 2014 года порядка 47% рынка (в пересчёте на объём доходов) пришлось на «большую четвёрку». Далее с большим отрывом идут пять–шесть крупных российских компаний. А потом — все остальные.

У каждого сегмента — своя «ниша». Даже самые лучшие и «продвинутые» отечественные компании не имеют того международного авторитета, который есть у «четвёрки». При этом цена услуг «четвёрки» неподъёмна для большинства российских бизнес-субъектов.

 

БДМ: А в связи с политико-экономическими событиями последнего года не возникала ли идея «импортозамещения» в сфере аудита? Потеснить чужаков и заместить их услуги местными, российскими?

Идея возникла задолго до того, как термин «импортозамещение» стал сверхпопулярным. Такая инициатива родилась в стенах Госдумы ещё в 2013 году.* Были подготовлены изменения в закон об аудиторской деятельности, которые предусматривали ограничения деятельности аудиторских организаций, являющихся членами международных сетей. Речь шла об ограничениях, касающихся аудита организаций с госучастием, в первую очередь имелся в виду оборонный комплекс. Но законопроект не прошёл: во-первых, потому, что содержал положения, дублирующие уже закреплённые в действующем законодательстве, — у нас есть закон о государственной тайне. Во-вторых, потому, что с точки зрения развития любого сектора рынка и создания равноправной конкуренции ограничения кого-либо из участников являются неоправданными, не говоря уже о том, что они неконституционны.

Однако провал этой инициативы не остановил лоббистов. Была предпринята ещё одна законодательная попытка, тоже неудачная. Сейчас в работе находятся очередные предложения, бьющие в ту же цель.

Конечно, мы бы очень хотели, чтобы отечественные компании достигли тех же высот в профессиональном плане и имели тот же международный уровень доверия и признания, что и «большая четвёрка». Но это не может быть достигнуто за счёт их простого выдавливания с рынка. На сегодня «четвёрка» — драйвер передовых технологий, современных знаний и новаций в области аудита. Мы должны научиться работать, как они, доказать, что у нас есть свои конкурентные преимущества (лучшее знание реалий российского бизнеса, ценовые преимущества), сформировать у клиентов имидж профессионалов, доказав на деле, что мы как минимум не хуже.

Выпускники наших вузов стремятся попасть на работу в «четвёрку». Позже, получив там определённую квалификацию и навыки, они отправляются работать в российские компании и там уже передают полученные современные знания и технологии отечественным специалистам. Чем это плохо?

 

БДМ: Однако на практике мы видим, что ни механизмы обмена опытом, ни механизмы конкуренции пока не способствовали радикальному повышению качества работы основной массы российских аудиторских компаний и аудиторов. Возможно, честь мундира, репутацию профессии способны отстоять саморегулируемые организации?

Именно на это и нацелена наша работа. Сегодня в сфере аудиторской деятельности функционируют пять СРО. Их роль заключается не только в том, что они выдают «мандат» на ведение аудиторской деятельности: они выступают в качестве методических центров и центров внешнего контроля качества работы аудиторов. Фактически в этой части им переданы функции, которые ранее осуществлял Минфин.

Но, к сожалению, с конца прошлого года СРО оказались втянуты в процессы, далёкие от собственно профессиональной деятельности. В начале декабря прошлого года приняты поправки в закон «Об аудиторской деятельности», предписывающие СРО к началу 2017 года существенно укрупниться: минимальное количество членов организации должно составить не менее 10 тысяч аудиторов — физических лиц или не менее двух тысяч организаций. Против действующих норм (700 человек) это 14-кратное повышение требований. И опасаюсь, что вместо выработки профессиональных стандартов и осуществления контроля над качеством аудиторских услуг СРО будут вынуждены решать конъюнктурные задачи по переманиванию членов от своих коллег, с тем чтобы сохранить статус. А уж об исключении аудиторов и аудиторских организаций из СРО за непрофессионализм (такие факты сейчас имеют место) и речи не будет — все будут «блюсти» количество членов.

В результате исполнения новых требований на рынке аудита может остаться две СРО, а то и одна. А это уже монополизм, который никогда не способствовал повышению качества товаров или услуг.

 

БДМ: Законодательные изменения, безусловно, радикальные. Но не драматизируете ли вы количественный вопрос? В некоторых секторах рынка действуют по одному СРО — и вроде никто не жалуется.

Не думаю, что драматизирую. Возможно, и качество развития некоторых сегментов рынка оставляет желать лучшего, потому что там действует всего одна саморегулируемая организация.

Я уже неоднократно излагал свою точку зрения по данному вопросу, в том числе в официальных письмах и выступлениях. Сущностный аспект этой проблемы заключается в том, что установление количественных требований к СРО означает замену самоорганизации в складывающихся при саморегулировании корпоративных отношениях прямым государственным вмешательством. Это (помимо искажения принципов саморегулирования) противоречит правовой позиции Конституционного суда РФ, который отмечал, что вмешательство государства в деятельность СРО должно носить не прямой характер, а осуществляться через стимулирование и контроль.

Мне представляется целесообразным полностью отказаться от установления количественных параметров СРО и перейти к совершенствованию качественных требований к саморегулируемым организациям и их членам.

 

БДМ: В свете такого заявления — какие основные задачи ставит перед собой Аудиторская палата России?

На последнем годовом собрании, состоявшемся 29 мая, мы сформулировали свою миссию: «Содействие развитию в России действенного механизма саморегулирования аудиторской деятельности, созданию условий для формирования цивилизованного рынка аудиторских услуг и реализации потенциала каждого члена АПР».

В процессе обсуждения формулировки звучали и критические высказывания по поводу того, что слишком высока заданная планка. Мол, формирование цивилизованного рынка не только от нас зависит. Согласен. Но также очевидно, что мы не можем видеть свою миссию в создании «кусочка цивилизованного рынка». Нужно ставить высокие цели.

 

Беседовала

Марина ТАЛЬСКАЯ

Finversia-TV

Горячая цифра