Finversia-TV
×

Рановато бросаться чепчиками A A= A+

09.02.2024

Миновал первый месяц нового года – если уж честно, то две рабочие недели, учитывая наши безразмерные зимние каникулы. Само собой, ни о каких итогах говорить не приходится – год только начался, а по 2023-му фигурирует формула «как ожидается», поскольку официальной статистики пока нет. Тем не менее, какие-то сведения просачиваются.

Ах, как кружится голова…

Не знаю, как кому, а мне информация о том, что российская экономика стала первой в Европе и пятой в мире, очень легла на душу. Да, нам объясняют, что это – по паритету покупательной способности, а не «вообще». Разница, понятно, есть, только рядовому гражданину показатель по ППС как-то ближе, согласитесь. Сразу ощущаешь себя чуть увереннее. Те, кто застал в сознательно возрасте девяностые, меня поймут. Да что там девяностые – ещё год-другой назад всевозможные эксперты внушали нам, что, мол, Россия отстала навсегда, и экономика наша такая мелкая в глобальном масштабе, что и в лупу не разглядишь…

А это, знаете ли, что и как считать. Мне, например, с лёгкой руки Адама Смита и (не пугайтесь, пожалуйста) Карла Маркса, всегда казалось, что экономика – коротко говоря, хозяйство страны – считается по тому, какими ресурсами она владеет и как ими распоряжается, что производит, чем торгует и способна ли накормить свой народ. Вроде вполне резонно. А сколько бумажек дадут за какой-нибудь завод на бирже – дело уже десятое, лишь бы он нормальную продукцию выдавал.

Ну ладно, оставим эти теоретические тёрки до лучших времён и вернёмся в сегодня – всё-таки охота порадоваться и чепчик покидать. Нет, ну серьёзно, есть же повод для радости – сколько нас санкциями не давят (уже, по слухам, 18,5 тысяч – Ирану с Северной Кореей и не снилось), а мы себе не то, что в клочья не рвёмся, но и растём потихонечку. Правда, с ростом тоже не всё так просто. Центробанк в начале года и процента не обещал, а нынче сменил гнев на милость – а как иначе, если сам МВФ улучшил прогноз? У них, кстати, тоже обтрушечка вышла – поначалу-то сулили аж 0,3%. Теперь вот подняли до 2,2%. А в правительстве, между прочим, ждут, что статистика покажет рост в 3,5%. Что ж, им виднее.

Вообще, если послушать убогих из начальников ЕС, мы тут активно чипы из стиралок выковыриваем, чтобы сдать их государству для оснащения гиперзвуковых ракет. Ох, и прав же был старик Шпенглер… Иногда, правда, закрадывается конспирологическое подозрение – а может, они только притворяются идиотами, чтобы ввести русских в заблуждение? Не похоже – видать, действительно, в европейском руководстве – ментальные проблемы. Ну, это уже их внутренние заботы.

Так или иначе, а прошлый год наша экономика прожила неплохо. Хотелось бы, конечно, чтобы развивалась она не на фоне сводок с фронта, а в мирной обстановке. Но так уж сложилась жизнь – как говорится, отступать некуда.

Синдром жареного петуха?

Строго говоря, именно драматические события последних двух лет во многом стали мощным драйвером роста – не только (и даже не столько) экономики, но, главное – самосознания россиян. Сколько бы мы ни иронизировали по поводу жареного петуха и грянувшего грома, но такой уж у нас народный характер – ну, как у Ильи Муромца, который, по слухам, тридцать три года лежал себе, а как идолище поганое явилось, так откуда силы и сноровка у мужика взялись…

Если по-научному, это называется реализацией потенциала, коего у наших людей – непочатый край. Тем, кому это утверждение кажется чересчур оптимистичным, стоит напомнить не такой уж давний исторический факт – первый спутник СССР запустил в космос всего через двенадцать лет после войны, унёсшей 27 миллионов жизней и оставивший в развалинах почти всю европейскую часть страны.

Но – если вернуться к уже совсем близкому прошлому – вот ведь после возвращения Крыма сколько было ликования, вспомнилось даже забытое понятие – энтузиазм. Тогда, кстати, началось некое движение – пусть и в локальных масштабах. Со стороны кажется – пустяки: ну, пармезан попытались делать, хамон, в обиход вошло неуклюжее слово – импортозамещение. Что-то получилось лучше, что-то хуже… А потом тихо рассосалось. Нежно говоря, профукали подъём.

Теперь, оглядываясь назад, можно найти кучу просчётов, полумер, неверных шагов. Опять же – санкции. И с деньгами, как всегда, напряжёнка, хотя в ту пору никто наших активов на $300 млрд ещё не умыкнул. Понятно, что и два ковидных года свою роль сыграли. Но, замечу к слову, не только негативную. Именно тогда – не от хорошей жизни – стали больше внимания уделять медицине и последствиям безумных реформ в этой сфере.

И как раз прямо с началом пандемии сменился кабинет министров и пришёл новый премьер. Я не то, чтобы «о роли личности в истории», но куда же денешься, когда роль эта – совсем не синекура. Требует умения, характера и, если хотите, безупречности. Чего далеко ходить – только две персоны: Евгений Максимович Примаков и, не к ночи будь помянут, «Миша два процента». Как говорится, почувствуйте разницу.

Справедливости ради надо сказать, что и задачи перед нынешним кабинетом стояли и стоят не тривиальные – сперва пандемия, а потом, практически без перерыва – СВО, со всеми вытекающими последствиями. И тебе оборонка, и организационные проблемы, и финансовые, и социальные… К тому же никто не отменял и «мирных» задач, так что остаётся только догадываться, как правительству суток хватает. Может, и не хватает, но почему-то публично не жалуются. И особо ничего такого не просят. Даже насчёт денег на проекты как-то договариваются без шума и лишнего пиара.

Градусник для экономики

Но, оказывается, пока я тут с чепчиком суетилась, нашлись люди, у которых скромный рост нашей экономики вызывает не оптимизм или там надежду, а вовсе тревогу. И люди не простые, а всячески облечённые. Например, глава ЦБ Эльвира Набиуллина перед тем, как очередной раз повысить ключевую ставку, если помните, объяснила это не только борьбой с инфляцией (дались им эти четыре процента, почему не три или пять?), но и, знаете ли, перегревом экономики. Вот ведь какая история.

Не столько от недоверчивости, сколько из личного занудства, решила всё-таки «померить температуру» этой самой экономике, благо, признаки перегрева известны. Вообще-то сомнение вызывает сам диагноз, когда речь идёт, повторю, о весьма скромных цифрах роста. Ну, хорошо, допустим, в отдельных секторах он и выше среднего, но кто возьмётся квалифицировать как перегрев бурное развитие оборонки в нынешних условиях? Есть некоторые опасения по части жилищного строительства – тут мы ставим рекорд за рекордом, но цена квадратного метра слишком высока, чтобы решить хронический наш квартирный вопрос.

С другой стороны, есть отрасли, требующие особого, в том числе и финансового внимания и не сулящие немедленной денежной прибыли. Даже перечислять их не стану, все и так знают наши слабые места – конечно же, речь о высоких технологиях. Найти частных инвесторов на подобные проекты, мягко говоря, затруднительно. То есть, снова требуются государственные средства – а это тоже один из факторов, способствующих перегреву.

Значит ли всё это, что приспела нужда срочно охлаждать экономику компрессами из повышенной ключевой ставки, сжатия денежной массы и стерилизации денег? Вряд ли… Хотя, по мнению некоторых экспертов, такие меры помогут укрепить рубль, а с точки зрения ЦБ, и победить инфляцию. Можно подумать, будто иных способов в природе не существует. Между тем, такое простое мероприятие, как обязательная продажа валютной выручки, сразу же позитивно сказалось на рубле. Но… Не либерально же, как можно, и «что станет говорить княгиня Марья Алексевна»?

Да пусть тебе говорит, что ей заблагорассудится. Собака лает, а караван идёт… Что касается инфляции, то, учитывая её отечественный характер (ни разу не монетарный), гораздо полезнее было бы долбить её удовлетворением спроса. Другими словами, повышать предложение. А как прикажете это делать, если цена кредита зашкаливает, что в конечном счёте повышает себестоимость продукции, а следовательно – разгоняет инфляцию. Круг замкнулся.

Собственно, спорам между экономическими «либералами» и, условно говоря, адептами кейнсианства – не один десяток лет. Одни уповают на невидимую руку рынка, другие – на мощную длань государства. Как водится, истина где-то посередине. Похоже, в нашей ситуации водораздел пролёг между реальным сектором и банковским. Понятно, что, если банковский кредит слишком обременителен для предприятия, оно станет стремиться всеми силами попасть в компанию тех, кто получает государственное финансирование. Тогда зачем банки с их баснословными прибылями (вот в 2023-м установили очередной рекорд – 3,3 триллиона рублей в целом по системе)? Интересно было бы узнать, какая часть из этих триллионов идёт, к примеру, на финансирование венчурных, да и просто «длинных» проектов?

Увы, любой банкир скажет вам, что такие кредиты несут не столько даже будущие риски, сколько сиюминутную головную боль, начиная от замораживания суммы, эквивалентной ссуде, в ФОР и заканчивая кучей мелких и прочих придирок регулятора. И на фига козе баян, если можно найти кучу относительно безопасных способов заработать? Например, на валютных спекуляциях – поистине, деньги из воздуха…

Меня, кстати, всегда забавляло это деление экономики: на реальный сектор и… даже не знаю, как сказать о секторе банковском – ирреальный, что ли. Или виртуальный? На месте банкиров я бы обиделась, право. Хотя на правду не обижаются.

…Короче, ни о каком перегреве нашего обширного хозяйство говорить не приходится. Даже 3,5% роста (если прогнозы сбудутся) – не повод бежать за огнетушителем. Но вряд ли кто-то убедит в этом руководство Центробанка, у них свои термометры. И вдобавок – свои взгляды, порой уходящие куда-то в сторону от «генеральной линии».

Правда, похоже, здесь что-то тоже начало меняться. Вот Эльвира Сахипзадовна обещала ставку снизить… ну, где-то во втором полугодии. Если инфляция уложится в целевой показатель. А если нет?

  • Людмила Коваленко
  • Finversia
Finversia-TV

Корпоративные новости

Все новости »